Ритуал прощения

Во-первых, я хочу сказать, что обожаю Синхроверситет за то, что я здесь могу писать свои истории, и их читают люди, которые по-настоящему понимают, о чём они. Спасибо!

А во-вторых - опубликовать новый рассказ, на этот раз про Анину медитацию с обсидианом и розовым кварцем.

Ляля, моя любимая соседка, умеет делать расклады на прошлые жизни, и сколько бы раз она не раскладывала на нас с ней, получается ужасный ужас. По Лялиным гаданиям можно было бы писать триллеры с плохим финалом. Получалось, что прошлых жизнях мы сильно друг друга не любили и много крови попортили.
В первый раз мы удивились, во второй насторожились, а с третьего наши прошложизненные ужасы стали домашней шуткой, ибо расклады раскладами, а мы с Лялей друг друга любим.

На днях мне пришла мысль, что неплохо бы нам с Лялей провести ритуал прощения друг для друга. Вдруг там, в подсознании, под слоем прожитых жизней осталось что-то тяжёлое, что можно преобразовать в свет. И мне хотелось сделать это именно вместе с подругой: личная медитация это хорошо, но настоящий ритуал может оказаться глубже и эффективнее. Ляле идея понравилась, она всегда рада пошаманить.

Мы с утра договорились устроить вечером ритуал. Сперва чуть не слилась я, уйдя в загул по торговому центру. Только приложив всю мою силу воли и способность к концентрации я вытащила себя из магазинов и приехала домой в относительно пригодное для волшебства время, когда Ляля ещё не легла спать. Потом Ляля сказала, что состояние какое-то не то, и возможно нам стоит поколдовать в другой раз. Я с ней согласилась, но попросила для верности разложить руны: я надеялась, что они скажут что-нибудь в стиле "хотите прощайте, хотите так живите, всё равно". Руны же сказали, что если мы проведём ритуал, то будет нам поддержка рода и прочие радости, а если поленимся на нас обрушатся все кары небесные. Против таких однозначных указаний мы идти не рискнули и всё-таки пошли собирать атрибуты для колдунства.

Мы собрали весь наш обсидиан и розовый кварц, получилась небольшая горка, зажгли свечи, сели на ковёр и включили запись Аниного семинара. Началось погружение просто замечательно. В лёгком трансе чувствовать поддержку своего рода, видеть любимую Лялечку и чувствовать, как её поддерживает род, - всё это было просто замечательно. Не всякая медитация доставляет столько положительных эмоций сразу. Первый раз текст просьбы о прощении протёк через меня легко и свободно, переливаясь золотистыми искорками.

Постепенно акцент с внутреннего зрения сместился на восприятие пространства и тела. Прохладным ветерком защекотало в груди сожаление. Я чувствовала, что мне есть о чём просить прощения. У меня не было никаких видений, ни малейшего намёка о том, что же я когда-то давным-давно сделала не так. Были только грусть и сожаление, которые находили выход словах, которые я шёпотом повторяла за Аней. Мне стало спокойнее, и я, похоже, погрузилась ещё глубже. Живот скрутило тугим узлом, горло сжалось, стало очень трудно дышать. "Наверное, это обида," - подумала я, но эмоция была так плотно запакована в теле, что я её даже не ощущала. За что, на кого - мне это было совершенно не важно. Мне стало страшно, что я больше никогда не смогу нормально дышать, очень хотелось всё бросить и вернуться в нормальное состояние. От того, кто стоял напротив, я уже почти забыла, что это подруга, хотелось спрятаться. Я взяла себя в руки, и расслабляя живот и горло старалась вложить в молитву силу, чтобы она прошла через слои темноты и размыла их.

Анин голос пообещал, что сейчас станет совсем легко. Она произносила текст в последний раз. Я знала, что ещё не добралась до самого дна, но хорошо расчистила пространство, поэтому с благодарностью направилась к поверхности. Там снова оброс ментальной плотью мой род, его стало снова видно, и Ляля была на месте, и всё было здорово, все были едины.

Из медитации мы с Лялей вышли озадаченные и взбудораженные. Обсудили ощущения, они у нас были в целом похожие: вначале всё отлично, а вот дальше как-то тяжело пошло. Согласились, что надо будет повторить. Отношение друг к другу у нас не изменилось совсем, хотя я этого немного побаивалась после того, что пережила в медитации и зная, что Ляля пережила нечто похожее. Но, видимо, техника прощения действительно стирает негативные эмоции, да, умозрительная память о тяжести осталась, и благодаря этому я пишу сейчас этот текст. Но ничего лишнего из медитации мы с собой не притащили, разве что избыток энергии, который долго не давал нам уснуть.